Наверх
Maped
google_play_filipoc
app_Store_filipoc
www.rech-deti.ru
battlebrotherhood

СВЯТОЙ ВЛАДИМИР

 

Владимир Святославич — князь Киевский с 980 г., умер в 1015 г.

У князя Святослава было три сына. Отправляясь в свой последний поход в Болгарию, он посадил старшего сына, Ярополка, вместо себя в Киеве, а младшего, Олега, отправил княжить к древлянам.

Новгородцы, оставшиеся после перенесения в Киев столицы без верховной власти, тоже просили себе князя. Им достался третий сын Святослава — Владимир.

Владимир не мог соперничать с братьями за лучшее место потому, что был рожден не от жены Святослава, а от сестры одного из дружинников, Добрыни, сына Малка из города Любеча. Звали ее Малуша. Она служила у суровой княгини Ольги ключницей, у нее находились все ключи, но от Святослава запереться ей не удалось.

Малуша не имела титула княгини, поэтому Владимира иногда даже называли сыном рабыни. Но тем не менее с именем князя Владимира Святославича связана новая эпоха в жизни Киевской Руси.

После смерти Святослава в Русской земле оказалось сразу три государя. Ярополк правил в Киеве, Олег — в Древлянской земле, в когда-то жестоко покоренном княгиней Ольгой Иско- ростене, а Владимир, сын Малуши, - в древнем Новгороде, из которого когда-то пошла династия Рюриковичей.

Отсутствие единовластия породило междоусобицу. Олег, обделенный великокняжеским престолом, таил обиду на старшего брата. Древляне, издавна настроенные против Киева, поддерживали его.

Ярополк не умел твердо держать великокняжескую власть и полагался на совет приближенных. Однажды Олег встретил в древлянских лесах Люта — сына старого дружинника Свенельда.

Разгневанный нарушением границ своего удела, Олег убил Люта. Суровое право того времени позволяло удельному князю вершить суд на своей земле.

Отец убитого, знаменитый воин Свенельд, сподвижник князя Игоря, воспитатель Святослава, настроил Яро полка:

— Пойди на брата и захвати волость его.

Олег вышел навстречу Ярополку со своей дружиной, но был разбит и отступил в город Овруч. В столпотворении у ворот он упал с моста в ров, окружавший город, и погиб под телами людей и лошадей. Ярополк, движимый раскаянием, приказал отыскать тело Олега. Когда ему на ковре принесли окровавленный труп брата, он заплакал и горько сказал Свенельду:

— Смотри, этого ты хотел!

Узнав, что произошло, Владимир испугался и бежал из Новгорода за море. Он понимал, что убив Олега и захватив Древлянскую землю, Ярополк рано или поздно пойдет и на Новгород, чтобы лишить его власти.

Спустя время вместе с воеводой Добрыней Владимир собрал большое войско, нанял отряд варягов, снова захватил Новгород, где уже обосновались посадники Ярополка. Понимая, что мир все равно не восстановить, он послал сказать Ярополку:

— Владимир идет на тебя, готовься с ним биться.

Перед походом на Киев Владимир отправил послов в Полоцк, где княжил князь Рогволод. Желая обрести союзника, он попросил руки дочери полоцкого князя — красавицы Рогнеды.

Рогнеду уже сватал Ярополк, хотя у него была жена, греческая монахиня, которую привез еще его отец, князь Святослав Игоревич, как писал летописец, «красоты ради лица ее». Гордая полоцкая княжна ответила послам Владимира :

— Не хочу разуть сына рабыни.

По русскому старинному свадебному обряду жена перед брачной ночью разувала своего мужа. Дважды оскорбленные таким отказом — за мать и за сестру — князь Владимир и его дядя Добрыня штурмом взяли Полоцк, убили Рогволода и двух его сыновей, а плененную дочь силой заставили стать женой князя.

После этого войско Владимира пошло к Киеву. Ярополк побоялся дать бой и затворился в городе, надеясь на крепостные стены. Его воевода, по имени Блуд, предал своего князя и согласился помочь Владимиру. Он научил Ярополка бежать из Киева, а потом уговорил пойти к брату с просьбой о мире. Верный дружинник Варяжко предупреждал своего князя:

— Не ходи, убьют тебя.

Но слабовольный Ярополк явился к брату с повинной. Два варяга пронзили его мечами. Увидев это, Варяжко бежал к печенегам и долго воевал против Владимира. Владимир, как когда- то Вещий Олег, объединил Новгород и Киев и стал единовластным князем.

Сразу после вступления в Киев варяги-наемники потребовали дать им город на разграбление, как и полагалось по военному обычаю того времени. Но Владимир не позволил грабить свою столицу, а варягов отправил в Царьград на службу к императору.

Владимир расширил границы своей державы до Балтийского моря. Народы, жившие на его берегах, платили ему дань. Вместе с воеводой по имени Волчий Хвост и Добрыней он восстановил зависимость многих славянских племен от Киева, вел удачные войны с поляками и волжскими болгарами. После победы над болгарами князь хотел заставить их платить дань, но Добрыня, увидев, что все пленники в сапогах, сказал:

— С этих дани не будет, поищем себе лапотников.

По мнению воеводы, люди, сумевшие нажить либо добыть хорошую обувь и одежду, не станут терпеть рабского положения. Владимир согласился и заключил с побежденными союз.

По преданию, у Владимира было несколько жен и восемьсот наложниц. Вдова убитого по его приказу Ярополка тоже стала его женой. От нее родился сын Святополк. О нем говорили, что он родился от двух отцов — Яро- полка и Владимира.

 Рогнеда родила Владимиру четырех сыновей и двух дочерей, но он все реже бывал у нее. Обиженная, она решилась на месть. Однажды, когда Владимир уснул подле нее, она хотела ударить его ножом. Но Владимир проснулся и схватил ее за руку.

— Уж горько мне: ты убил отца моего, землю полонил, а теперь не любишь меня! — воскликнула она.

Владимир в гневе приказал ей надеть свадебное платье и готовиться к смерти. Когда он пришел казнить ее, навстречу ему шагнул старший сын Изяслав с мечом в детской руке:

— Отец, ты не один здесь, — сказал мальчик.

Ребенок смутил отца. После совета с боярами Владимир выслал Рогнеду и Изяслава в пределы Полоцкого княжества, приказав построить для них город, названный именем сына — Изяславль.

В первый год правления Владимир приказал поставить на берегу Днепра вырезанных из дерева богов, которым поклонялись тогда русские: Перуна с серебряной головой и золотыми усами, Хорса, Дажбога, Стрибога.

То же было сделано и в Новгороде, куда Владимир отправил посадником Добрыню. Идолам, по словам летописца, приносили богатые жертвы, а иногда даже человеческие.

Мысли о вере очень занимали Владимира. К нему приходили проповедники из разных стран, всех он спрашивал:

— Какова есть ваша вера?

Узнав, что мусульманские законы

разрешают иметь много жен, Владимир заинтересовался. Но когда выяснилось, что мусульманам запрещается пить вино, сказал:

— Руси есть веселие пити. Не можем без того.

Не поддался он и на уговоры Папы Римского. Более благосклонно отнесся Владимир к греческому философу, который пересказал ему Библию и объяснил христианскую православную веру. Особенно привлекло Владимира то, что последователи христианства должны воскреснуть после смерти и жить вечно.

Князь собрал бояр и старцев обсудить, какую выбрать веру.

— Знай, князь, своего никто не бранит, но хвалит, — сказали они и посоветовали отправить послов в разные страны, чтобы убедиться, какая вера лучше.

Послы побывали в мусульманских странах и сказали:

— Не добр закон их. Нет в нем веселья.

Ездили к немцам, присутствовали на молебнах и сделали вывод:

— Красоты не видели мы никакой.

Когда же пришли они к грекам в Царьград, то были поражены пышно- стью и блеском православного служения. Особенно очаровало их церковное пение, и они сказали князю, что самая лучшая вера — греческое православное христианство.

Бояре напомнили Владимиру, что бабка его, Ольга, крестилась в этой вере. Поразмыслив вместе со старцами, боярами и дружиной, Владимир решил принять православие. Он разрушил греческий город Корсунь на побережье Черного моря и пригрозил Византии, что сделает то же с Царьградом — Константинополем, если греки не крестят его, а император не отдаст ему в жены свою сестру. Император, в надежде, что крещеная Русь будет менее опасным соседом, выполнил требования киевского князя. Крестившись на развалинах Корсуня, Владимир вернулся в Киев, крестил всех горожан в Днепре и заложил каменную церковь.

Идолов, установленных раньше, порубили и сожгли. Перуна привязали к хвосту лошади и, избивая железными палками, под плач народа, потащили с горы и бросили в Днепр. Когда идол поплыл по реке, то до самых порогов были поставлены люди, чтобы отталкивать его от берегов.

Добрыня отправился крестить Новгород, но новгородцы, настроенные волхвом Богомилом, прозванным за красноречие Соловьем, поклялись не давать веру отцов и дедов на поругание. Они разрушили мост через Волхов, поставили камнеметные машины и не пропустили Добрыню к идолам. Добрыня начал крестить новгородцев, которые жили на другой стороне Волхова. Тогда тысяцкий по имени Угоняй поднял горожан, и рассвирепевшие люди разорили дом Добрыни, убили его жену и родичей, разметали христианскую церковь, построенную в Новгороде раньше.

Помощник Добрыни Путята в лодках переправил дружину. Новгородцы взялись за оружие, началась сеча. Подоспевший Добрыня приказал поджечь Новгород. Горожане бросились тушить свои дома, а самые знатные стали просить Добрыню о мире. Добрыня прекратил жечь Новгород. Деревянных идолов сожгли, каменных разбили на куски и бросили в Волхов. С тех пор осталась присказка:

— Крестил Путята мечом, а Добрыня огнем.

Крестившись, Владимир искренне принял новую веру. Не умея читать, он полюбил книги, призвал из Византии греческих художников для росписи церквей, открыл первую школу, где детей учили грамоте. Детей приходилось приводить на занятия силою, так как матери считали письмо и чтение чародейством и ворожбою и плакали по отданным в учение как по мертвым.

Владимир не хотел больше воевать. Захваченный Херсонес-Корсунь он вернул грекам. Он даже перестал казнить преступников, боясь взять на себя грех убийства. Города и дороги переполнились разбойниками, и священникам пришлось искать выход из положения.

— Ты поставлен от Бога на казнь злым, а добрым на помилование, — объяснили они.

— Пусть будет так,— согласился Владимир.

Смертную казнь ввели снова, и, как говорит летописец, стали опять жить по устроению отцовскому и дедовскому.

Пришлось князю Владимиру Святославичу и воевать, потому что кочевники печенеги продолжали свои разорительные набеги на Русь. Летопись сохранила две красивые легенды о тех событиях.

Однажды перед битвой князь печенегов предложил выставить двух сильнейших воинов. Печенежский воин был так велик и страшен, что Владимир не мог найти среди своей дружины того, кто бы сразился с ним. Тогда к князю пришел горожанин из ополчения и предложил взять его младшего сына по прозвищу Кожемяка. Отец рассказал, что как-то раз Кожемяка мял воловью кожу, рассердился и в сердцах разорвал ее. Владимир приказал испытать юношу. На него выпустили разъяренного быка. Юноша схватил его за бок и вырвал кусок бычьей кожи с мясом.

Когда назавтра единоборцы сошлись перед войсками, печенеги смеялись над русским, потому что русский воин был небольшого роста, а печенег выглядел настоящим великаном. Но русский схватил печенега, удушил его могучими руками и мертвого бросил о землю. Владимир и его дружина победили в этом бою. Кожемяку и его отца Владимир сделал знатными людьми.

Другой раз печенеги осадили только что построенную крепость Белгород. Владимир с дружиною уехал в Новгород и не мог помочь белгородцам. Печенеги хотели взять город измором. В Белгороде в самом деле кончились припасы, и горожане уже думали сдаваться. Тогда один старец велел, чтобы все принесли ему по горсти овса или пшеницы, сварил кисель и целую бадью этого киселя опустил на дно колодца. После этого пригласили печенегов для переговоров. Печенежским послам объяснили, что белгородцы не сдадутся из-за голода, ведь у них есть пища из-под земли,— и показали, как люди черпают из колодца кисель и едят. Печенеги сняли осаду и ушли в степи.

Но как только случалась возможность, кочевники нападали снова, грабили и разоряли города и села. Чтобы обезопасить Русскую землю, Владимир приказал строить по степной границе крепости, рубить непроходимые для конницы засеки, ставить сторожевые башни.

При Владимире прославились могучие богатыри, сражавшиеся со степняками. Былины, которые распевали гусляры, рассказывали об Алеше Поповиче, Добрыне Никитиче, храбром Рогдае, в одиночку ходившем против трехсот воинов, славном князе Вольге и о богатыре богатырей, непобедимом Илье Муромце. Самого князя Владимира, нареченного при крещении Василием и названного Церковью Святым, народная молва величала Владимиром Красное Солнышко.

После подвигов и побед Владимир Красное Солнышко собирал богаты- реи и дружину, и начинался пир на весь мир. Как-то подвыпив хмельного меда, воины зароптали на князя:

— Горе головам нашим, дал нам есть деревянными ложками, а не серебряными.

Услышав это, Владимир приказал выковать серебряную посуду и сказал:

— Серебром и золотом не найду себе верной дружины, а дружиной добуду и серебро и золото.

Владимир любил дружину. Столы ломились от дорогих яств, меды текли неиссякаемой рекой. Но пировали не только воины. Триста котлов хмельного меда варилось для всего Киева. Тем, кто был болен и немощен и не в силах прийти к княжескому терему, на телегах развозили мед, хлеб, мясо и рыбу, бедным раздавали деньги.

Владимир прожил долгий век и княжил почти полета лет, возвеличив и укрепив Киев и всю Русь. Кончина его была печальна. Разлад и разорения стояли на пороге его дома. У Владимира было двенадцать сыновей от разных жен. Всем он выделил владение, всех — и любимых и нелюбимых — посадил княжить по разным городам, тем самым положив начало будущей междоусобице.

Один из его старших сыновей Ярослав, сын гордой Рогнеды, получил в удел Новгород. Новгород каждый год собирал три тысячи гривен дани, одна тысяча оставалась новгородскому князю, две отправлялись в Киев. Ярослав женился на дочери шведского короля Олафа — Индегирде — Ирине, набрал за морем дружину варягов и перестал высылать дань отцу. Владимир решился восстановить порядок.

— Расчищайте дороги и мостите мосты, — приказал он, собираясь идти на Новгород с войском.

Отец должен был поднять меч на сына, сын — на отца. Но грех этот не совершился. Владимир умер в приготовлениях к войне и не увидел своими глазами кровавой распри.

После смерти князя Владимира бояре испугались, что его сыновья начнут борьбу за киевский престол. Приближенные Владимира хотели помочь его сыну Борису, которого отец накануне отправил в поход против печенегов.

Чтобы скрыть смерть князя до тех пор, пока не вернется Борис, бояре тайно проломили заднюю стену терема и ночью отнесли тело Владимира в церковь. Но народ узнал об этом, и к церкви сошлось огромное количество людей. «И плакали по нем. Бояре как по заступнику земли, бедные как по кормильцу» — писал летописец.

Тело князя Владимира положили в мраморный гроб и похоронили в построенной им первой на Руси каменной церкви Святой Богородицы.

— Удивления достойно, сколько добра сотворил он Русской земле, — сказал о нем летописец.

Имя князя Владимира Святого — Владимира Красное Солнышко — навсегда связано с крещением Руси. На самом высоком холме Киева ему воздвигнут памятник. Холм этот получил название Владимирская Горка. А сам князь Владимир Святославич причислен к лику святых.

 

Автор Бутромеев В.П. 

Комментарии (0)

Для того, чтобы оставить комментарий необходимо зарегистрироваться, либо войти на сайт под своим логином и паролем

Россия - государство с богатой историей. Наша страна  создавалось, расширялась, ...

Впервые в библиотеках по всей России пройдет «Неделя „Живой классики“» Самый ...

День рождения Иисуса Христа более 2000 лет отмечают миллионы людей в мире. В нашей стране ...